пятница, 3 июля 2020 г.

О мрачных веках


Я далёк от идеализации прошлого, но, вспомним мрачное (действительно мрачное) средневековье и начало новейшей истории. Что представлял из себя угнетатель феодал? Это опытный воин, начинавший профессиональную подготовку с 7 лет. По современным меркам минимум кмс по целому ряду единоборств и верховой езде. Ситуация, когда дворянин в одиночку с одной шпагой в руках разгонял отряд в 10-20 взбунтовавшихся крестьян или разбойников, вооружённых дубьём, а то и саблями, в те годы никого не удивляла, была нормой. Рыцари и даже короли вели жизнь полную опасностей, постоянно участвовали в сражениях и турнирах, где могли погибнуть в любой момент. Страдая, что завтра вас может ругать начальник, представьте себя благородным рыцарем в замке. Да, у него право первой брачной ночи. Но у него и обязанность, как только прозвучит в окрестностях замка боевой рог, одеть доспехи, взять меч и поехать сражаться. Выживет или нет, как повезёт. А это может случиться в каждый момент. Желаете в феодалы, господа?



Русское дворянство часто справедливо критикуют. Но дворянство в Российской империи давали тому, кто первый взбирался на стену вражеского города, например. Поезжайте к Ивангороду. Представьте, что лезете на его стены по узкой шаткой деревянной лестнице. В зубах сабля. А сверху стреляют, льют кипящую смолу и кидают камни. Ваша задача: долезть до самого верха первым (только первым!!!), протиснуться в бойницу, разметать защитников, позволить идущим сзади войти на стену и выжить в этой мясорубке. И всё, вы потомственный дворянин и вы и ваши потомки можете самодурствовать в стиле Троекурова или Обломова. Желаете?
Колонизация, жестокая и несправедливая вещь. Да, европейцы колонизировали Новый Свет благодаря преимуществу в технологиях. Жизнь конкистадора романтична. Вот вы пересекли океан в утлом судёнышке, которое в наши дни подошло бы только под класс прогулочных катеров и высадились на чужой берег с отрядом 100 человек. У вас железный нагрудник, шпага и аркебуза, со скорострельностью, дальностью и прицельностью стрельбы смехотворной даже для 19 века. А на вас летит тысяча дикарей, которые стреляют отравленными стрелами и вырывают из пленных сердца пока они ещё живы. Из похода, жутко обогатившись, в лучшем случае вернётся 10-15% отряда. Желаете в колонизаторы? Да, кстати, позиция одного из руководителей похода предполагает не только превосходное владение оружием и лидерские качества, но и свободное владение 4-5 языками, познания в навигации и топографии и ещё кучу навыков. Хоть 2-3 иностранными языками владеете?



Духовенство жутко пудрило мозги людям и стояло на пути прогресса. Но чтобы священник встал чуть выше обычного приходского попа, он должен был освоить латынь (греческий на Руси), изучить кучу богословских трудов и поднатореть в богословских диспутах. Знания смешные с точки зрения наших дней, так вам то ваши на блюдечке предки поднесли. Но, если вы сейчас приложите те же усилия на научном поприще, которые требовались от духовной особы тогда, кандидатом наук, а то и доктором станете легко. У вас как с научными степенями?
Ремесленники, купцы – второй сорт средневекового общества. Но этим профессиям тоже обучались с раннего детства. Прислуга, потом подмастерье, потом серьёзный экзамен в гильдии на право заниматься ремеслом. И это не отдельная стандартная операция на современном производстве. Это умение пройти всю технологическую цепочку от и до и ответить за качество товара. Кто из читающих эти строки готов хотя-бы собрать собственный компьютер из готовых деталей?



Крестьянство – самое забитое сословие тёмных лет. Но объём физического труда который требовался тогда не сопоставим ни с каким в наши дни. Кроме того, тогда каждый крестьянин сам себе и агроном и метеоролог. Ошибся с временем посева – жатвы, не правильно оценил состояние почвы, и вся семья умерла с голоду. Много сейчас фермеров такого уровня?
Всё это я не к тому, чтобы позащищать тёмные века. Их время прошло, на их смену уже пришло нечто новое, а на его смену должно прийти ещё более совершенное. Но, если вы хотите, чтобы было именно так, люди, строящие это будущее, должны быть хотя бы не хуже тех, что построили мир «мрачного средневековья» и «колониальный ад». Я с удовольствуем послушаю рассуждения о том каким должно быть общество будущего от Илона Маска, от любого специалиста, добившегося каких-то успехов в своей сфере. Но, извините, рассуждения хипстеров, начитавшихся всяких левых, во всех смыслах, статей в интернете, впадающих в депрессию и бегущих к психологу от того, что кто-то задел их в чате и не способных приготовить себе на обед ничего сложнее бутерброда, мне просто неинтересны. Я знаю, что люди без знаний и навыков способных хоть в чём-то конкурировать с персонажами «тёмных веков» создадут общество много хуже этих самых тёмных веков. 


воскресенье, 17 мая 2020 г.

Термин "освобождение" и история 2МВ

Немного терминологического занудства. В сторону идеологию,будем формалистами.
Постоянно читаю в диспутах о 2МВ, "РККА освободила Будаппешт", "Западные союзники освободили Италию" и т.п. Уже так набило оскомину, что хочу разобраться с терминами.
С моей точки зрения, термин "освобождение" применительно к военным операциям вне собственной территории требует соблюдения 2 критериев.
Критерий 1. Коренное население территории должно само себя считать освобождённым. Т.е. полагать, что оно было кем-то окупированно, а тут пришла армия третьей страны и их освободила. По этому критерию, например, Чехословакия и Югославия, безусловно освобождены РККА, а Франция и Бельгия западнысми союзниками. С Польшей сложнее. Да, поляки были оккупированы Германией и активно сопротивлялись, а потом РККА вермахт выбила с её территории, Но СССР для них был страной-агрессором, в начале 2МВ вместе с Гитлером напавшей на Польшу и разделившей её. Поэтому с точки зрения поляков "освобождение" было относительным, один оккупант сменил другого. С Эстонией-Латвией-Литвой ещё сложнее. Жители этих стран считали себя в первую очередь оккупированными СССР, потом "перехваченными" Германией, чей оккупационный режим был для них несравнимо легче. Поэтому об "освобождении", за осключением малого числа просоветских коллаборационистов, тут никто не говорил. Значит и нам об их "освобождении", если быть честными, говорить сложновато. Что касается Венгрии, Румынии, Болгарии и тем более Австрии, то эти страны вполне осознанно и без особых протестов местного населения, с самого начала войны, сражались на стороне Германии и никакого "освобождения" тут нет, чистая оккупация в следствии военного поражения, как и в остальной Германии. Ни Вена ни Берлин, ни Мюнхен освобождены не были, только захвачены в ходе войны. Рим, собственно, тоже, хоть в Италии и имелось сильное партизанское движение.
Критерий 2. Освобождая третью страну, армия обеспечивает правопорядок на захваченной территории, обеспечивает СВОБОДНЫЕ выборы в местные органы власти и по мере готовности местных властей (а эту готовность те определяют сами), передают им контроль за территорией, берут под козырёк и уходят на родину, если их только не просят задержаться те же свободно избранные местные власти. По этому критерию Франция, Бельгия, Нидерланды, Дания, Норвегия были освобождены. Но НИ ОДНА европейская страна захваченная РККА не была освобождена, бо во всех проводились аресты неугодных Москве политиков, в том числе активно боровшихся с нацистами и фашистами,оккупационной администрацией силой насаждались просоветские партии и политики, а деятельность марионеточных правительств была под строгим контролем. И длилось это больше 50 лет с момента захвата войсками терриории. То есть из Чехословакии и Польши выходили уже внуки тех, кто вьезжал туда на танках в 1944-45, при том в следствии именно общенародных выступлений, приведших к падению тех самых марионеточных правительств. В отличие от западных стран, которым план Маршалла и НАТО никто силой не навязывал. Финляндия отказалась (кстати под давлением Москвы) и никто её не бомбил и санкций не вводил.
Так что, пожалуйста, не пишите мне про "освободительные походы" РККА ни в начале, ни в конце 2МВ. Это не более чем термин советского агитпропа. Никого СССР никогда не освобождал. За сим точка.

четверг, 21 ноября 2019 г.

Русская эмиграция


Вообще обычно «первой волной» эмиграции из России считается «белая» эмиграция 1917-22 гг. Однако тут интереснее. Первый и самый известный московитский политэмигрант Андрей Курбский сбежал в Литву от репрессий Ивана Грозного ещё в 16 веке. Единичный случай? Угу. Только в смуту 1604 года, когда Лжедмитрий Первый шёл на Москву, в составе его войска был отряд русской дворянской конницы в несколько сот сабель, командовал которым сын Андрея Курбского, а составляли его московитские политэмигранты в Речьпосолитую и их дети, сбежавшие либо от Ивана Грозного, либо от Годунова. Этот эпизод даже в поэме Пушкина отражён. Интересно, правда?
Невозвращенчество восходит к тем же временам. Первым дворянскую молодёжь учиться наукам в Европу отправил Борис Годунов. Окончание обучение юношей в аккурат совпало с разгаром смуты. Из всей делегации в несколько десятков человек в Московию вернулся только один. Он погиб в первый же год по возвращении. Остальные остались в Западной Европе и быстро ассимилировались, благо образование за счёт русской казны получили приличное и быстро ассимилировались.
Далее эпоха Петра. В отличие от европейских стран, погранстража в России была учреждена не с целью взимания налогов, а чтобы предотвратить бегство холопов за границу, прежде всего в туже Речьпосполитую. Видимо явление было достаточно массовым, чтобы создать отдельную службу для поимки. Далее встречаем интересный указ Петра времён Северной войны. Он гласит, что любого русского, пойманного в форме шведской армии с оружием в руках надлежит вешать на месте. О как! Оказывается, таких было достаточно много, чтобы посвятить им отдельный указ. Ларчик открывается просто. Немалые земли бывшего Новгорода по состояния на 1700 год входили в состав земель шведской короны. Они отошли к Швеции в смутные времена.  Москва, разумеется, по привычке, считала их своими, бо православные и бывшие подданные московского царя. Стокгольм, понятно, своими. А они сами.  На момент северной войны они уже 80 лет были подданными Швеции, до этого 120 лет Московии, хоть, в отличие от Новгородатмосковские порядки и люди сюда не очень то добирались. А до этого века в составе Господина Великого Новгорода, русского княжества, с совсем иной, чем московская общественной традицией.
Это только у Пушкина до прихода русских в устье Невы одинокий финн бросал невод среди пустынных вод. На самом деле на месте нынешнего Санкт-Петербурга стоял шведский город Ниен и ещё около 40 (!!!) населённых пунктов, в которых проживали шведы, финны и русские. Так вот, для меня было шоком узнать, что при приближении русских войск две трети этого населения Ингерманландии, так тогда назывались эти земли, ушли со шведами. При этом самим шведам, которые спрашивали, почему они не идут на службу к русскому царю, некоторые из них отвечали «мы привыкли быть вольными людьми, а не рабами, как в Московии». Многие из них поступили на службу в шведскую армию и тот петровский указ был про них.
Но всё же о массовой эмиграции из России говорят, начиная с XIX века. Как правовое понятие эмиграция в дореволюционном российском законодательстве отсутствовало. Переход россиян в иное гражданство запрещался, а срок пребывания за границей ограничивался пятью годами, после чего нужно было ходатайствовать о продлении срока. В противном случае человек утрачивал гражданство и подлежал, в случае возвращения, аресту и вечной ссылке; имущество же его автоматически переходило в Опекунский совет. Начиная с 1892 года, эмиграция допускалась лишь применительно к евреям: но им в таком случае категорически воспрещалась любая форма репатриации.
Никаких иных регуляторов эмиграции не было. Соответственно, не было и ее адекватного учета. Статистика фиксировала исключительно лиц с легитимными паспортами, легально пересекавших границы империи.
Но надо сказать, что до середины XIX столетия и сами по себе случаи эмиграции были едва ли не единичными. Потом они несколько участились (главным образом по политическим мотивам), но число прибывающих в Россию неизменно превышало число ее покидающих. И только накануне и, в особенности, после крепостной реформы 1861 года положение серьезно изменилось: выезд за рубежи России, а стало быть и эмиграция, стал поистине массовым явлением. Собственно, началась первая волна русской эмиграции. Она носила этнический, религиозный и политический хпрактер.
За 1851-1915 гг. Россию с ее аграрной перенаселенностью покинуло 4,5 млн. человек, в основном крестьян, ремесленников и чернорабочих. В то же время рост эмиграции еще какое-то время не сопровождался формированием и ростом российской диаспоры, поскольку подавляющее большинство дореволюционных эмигрантов сами были иностранноподанными, в основном, выходцами из Германии (более 1400 тысяч человек), Персии (850 тысяч) Австро-Венгрии (800 тысяч) и Турции (400 тысяч человек)2. Тому же вторят и данные В. Оболенского (Осинского): за 1861-1915 годы из Российской империи выехало 4,3 млн. человек, в том числе почти 2,7 млн. – еще в ХIХ веке3. Правда, большая часть эмигрантов выезжала не из России в ее нынешних границах, а из ее западных губерний – сегодняшних Украины, Белоруссии, Молдавии, стран Балтии.
Начиная с 1870-х годов европейское и азиатское направления эмиграции сменились на американское (от 2/3 до 4/5 из числа выехавших). За 1871-1920 годы в Канаду, США и другие страны Нового Света переселилось около 4 млн. человек. Коэффициент репатриации эмигрантов, по некоторым оценкам, составлял 18%.
В количественном исчислении религиозная эмиграция, затронувшая главным образом духоборов, молокан и старообрядцев, была незначительной. Она развернулась в самом конце XIX века, когда около 7,5 тысячи духоборов переселились в Канаду и США. В 1900-е годы в США (главным образом в Калифорнию) переселилось 3,5 тысячи молокан5.
Эмиграция евреев с территории России началась после 1870 года, и с самого начала она ориентировалась на Новый Свет, и в первую очередь на США, где с момента провозглашения американской конституции, евреи пользовались точно такими же гражданскими и религиозными правами, как и христиане6. Евреи составляли более 40% эмигрантов из России. Среди 1732,5 тысячи уроженцев России, зафиксированных в США переписью 1910 года, на них приходилось 838, на поляков - 418, литовцев - 137, немцев - 121, а на русских - всего 40,5 тысячи человек.
За 1880-1890 годы в США прибыло 0,6 млн. евреев, за 1900-1914 - еще 1,5 млн., а всего за 1880-1924 годы - 2,5 млн. евреев из Восточной Европы, главным образом из России. Из 3,7 млн. евреев, проживавших в США в 1930 году, на выходцев из Восточной Европы приходилось не менее 80%, из них львиную долю (от 60% и выше) составляли евреи из России, главным образом, из местечек. Все это была, в основном, молодежь, а если по профессиям - то среди них преобладали ремесленники, мелкие торговцы и музыканты. В Америке же многие из них переквалифицировались в наемных рабочих, что, кстати, привело к формированию крупного еврейского пролетариата и сильных профсоюзов. Серьезную помощь новичкам оказывали их родственники, а также еврейские филантропические организации, созданные представителями еврейских иммигрантов предыдущей волны9.
За 1870-1890 годы в США переселились 176,9 тысячи российских евреев, а к 1905 году  их число достигло 1,3 млн. Всего за 1881-1912 годы, по данным Ц. Гительмана, из России эмигрировало 1889 тысяч евреев, из них 84% в США, 8,5% - в Англию, 2,2% - в Канаду и 2,1% - в Палестину. В этот период, напомним, российские евреи составляли около 4% населения Российской империи, но на них приходилось до 70% всей еврейской эмиграции в США, 48% всей иммиграции в США из России и 44% всей эмиграции из России
Политическая эмиграция из России была, может быть, и не столь многочисленна (соответствующей статистики, разумеется, никем и не велось), сколь сложна и представительна для всего широкого, с трудом поддающегося внятной классификации, спектра политических оппозиционных сил в России. Вместе с тем как никакая другая она была внутренне хорошо организована и структурирована: достаточно отметить, что только в Европе политические эмигранты из России издавали между 1855 и 1917 годами 287 наименований газет и журналов!
Вторая волна (1917-1922) связанна с революцией и гражданской войной. Возможно это самая «высококачественная» волна, в смысле образовательного, культурного и профессионального уровня эмигрантов. В её состав входили военные и гражданские лица, бежавшие от победившей в ходе революции и Гражданской волны советской власти, а также от голода. Эмиграция из большевистской России, по разным оценкам, составляла от 1,5 до 3 млн. человек. Однако (за исключением разве что “философских пароходов” с полутора сотней душ на борту) это все-таки были беженцы, а не депортанты. Здесь, безусловно, не учтены оптационные передачи населения, обусловленные тем, что части территории бывшей Российской империи в результате Первой мировой войны и революционных событий либо отошли к соседним государствам (как Бесарабия к Румынии), либо стали самостоятельными государствами, как Финляндия, Польша и страны Балтии (здесь же следует упомянуть и Украину, Белоруссию, страны Закавказья и Средней Азии и даже Дальневосточную республику – государства, с некоторыми из которых у России даже были договоры по оптации; однако, их реализация чаще всего отставала от аннексии этих стран РСФСР).
В 1921 году под эгидой Лиги Наций была создана Комиссия по расселению беженцев (Refugees Settlement Comission), председателем которой стал Фритьоф Нансен. В 1931 году было основано так называемое "Ведомство Нансена" (Nansen-Amt), а в 1933 году заключена конвенция о беженцах. Международные (так называемые “нансеновские”) паспорта, вместе с помощью Фонда Нансена и других организаций, помогли выжить и ассимилироваться миллионам людей, в том числе и еврейским беженцам из Германии.
Третья волна (1941-1945) - лица, перемещенные за границы СССР в ходе Второй мировой войны и уклонившиеся от репатриации на родину (“невозвращенцы”). Наш анализ принудительной репатриации советских граждан привел нас к оценке числа “невозвращенцев” не более чем в 0,5-0,7 млн. человек, включая и граждан прибалтийских республик (но не включая поляков, вскоре после войны репатриировавшихся с территории СССР). Национальной и социальной характеристики это волна не имела, большинство оставались просто от страха перед расправой на родине.
Четвёртая волна (1948 – 1989/1990) - это, по сути, вся эмиграция периода “холодной войны”, так сказать, между поздним Сталиным и ранним Горбачевым. Количественно она укладывается приблизительно в полмиллиона человек, то есть близка результатам “второй волны”.
Пятая волна (1990 - 199), то есть от «открытия границ, до прихода к власти Путина. В отличие от предыдущих периодов, здесь речь идёт уже только о РФ, а не о всей Российской империи и СССР, как прежде. Эмиграция чисто экономическая. Оценивается примерно в 1-1.2 млн. человек. По социальному и национальному составу.
Шестая волна (2000- наше время). Путинская эмиграция. Здесь очень сложны оценки. Российская статистика сильно занижает количество выехавших и показывает в разы меньший результат, чем показывают количество въезжающих принимающие страны. С другой стороны, некоторое количество граждан РФ получают ВНЖ и гражданства других стран и продолжают жить в РФ. Есть «возвратный» поток ранее выехавших эмигрантов. Кроме того, большое количество граждан РФ проживает по аозобновляемым визам или вообще нелегально и не подпадает вообще ни под какую статистику.  В целом эмиграция этого периода оценивается а 1.8-2.5 млн. чел. Но тут очень интересен график. С 2000 по 2011 виден чёткий спад эмиграции с 220 тыс. чел. в 2000 году, до 30 тыс. чел в 2011. Это явно «хвост» пятой волны и он очевидно затухает по мере улучшения экономической ситуации в РФ. Количество выехавших оценивается в  800-900 тыс чел. А вот с 2012 начинается резкий взлёт, который уже у 2015 достигает 300 тыс. чел. Это эмиграция разгрома болотной, «крымнаша» и связанного с ним кризиса. В целом оценка тут разнится от 1.2 до 1.8 млн. выехавших. Тут и политические мотивы и специалисты, которые не могут найти себе места в новой государственно-монополистической системе. Заметно много бизнесменов, испытавших сложности в кризис или столкнувшиеся с «беспределом» или «отжимом» бизнеса силовиками. По «качеству» эта эмиграция безусловно не дотягивает до второй, но заметно повыше пятой волны.

При подготовке материала использовались данные http://www.demoscope.ru/weekly/2006/0251/analit01.php